Будь здоров » Симптоматика » По медицинской стезе Доминик (Доминик Жан) Ларрей (Larrey) родился...

По медицинской стезе Доминик (Доминик Жан) Ларрей (Larrey) родился...

По медицинской стезе


Доминик (Доминик Жан) Ларрей (Larrey) родился в небольшом городке Бодеан, что на юге Франции, в Верхних Пиренеях. Когда он был еще совсем маленьким, умер его отец и воспитанием мальчика занялся его дядя, который был военным врачом и возглавлял больницу в Тулузе. Неудивительно, что Доминик пошел по "медицинской стезе" - поступил в Тулузскую медицинскую школу. Способный юноша уже в двадцатилетнем возрасте получил медицинское образование, стал врачом.


Молодой врач Ларей принял предложение стать военным, вернее военно-морским хирургом. Его назначили судовым врачом на фрегат "Vigilante", который готовился отправиться в экспедицию в северную Атлантику, к берегам Америки. Экспедиция эта оказалась совсем не простой - недалеко от побережья Ньюфаундленда фрегат чуть-чуть не попал в кораблекрушение; она продолжалась семь месяцев и предоставила молодому хирургу возможность для разнообразных научных исследований - изучения некоторых, считавшихся тогда специфически "морскими", заболеваний моряков, таких как цинга, а также проведения естественно-научных наблюдений за климатом, птицами и животными, обитавшими в этой, малоизученной тогда части нашей планеты.


Возвратившись во Францию, Ларрей переехал в Париж, где, работая в знаменитом госпитале Hotel-Dieu, продолжал изучать и совершенствоваться в медицине, в особенности в хирургии. Накопив необходимый опыт, он быстро стал известным в столице практикующим врачом-хирургом.


В годы, последовавшие за Великой французской революцией, хирург Ларрей вновь стал военным врачом. В 1792 году его призвали в ряды армии и отправили на Рейн, где шли тогда большие сражения и войска несли большие потери. Здесь он, понаблюдав за страданиями нуждавшихся в медицинской помощи раненых воинов и за действиями военных медиков, впервые в мировой практике провел полную реорганизацию эвакуации раненых с поля боя и системы их лечения (впоследствии за это его назвали "отцом скорой помощи")


Ларрей предложил и внедрил в практику военно-медицинской службы новый способ эвакуации раненых с поля боя и их лечения - при помощи специальных санитарных экипажей (так называемых летучих амбулансов). Это были легкие, хорошо передвигавшиеся двухколесные повозки, каждая из которых была запряжена двумя лошадьми. На них, следуя за наступающими войсками, можно было быстро добраться до поля боя, собрать раненых (этим занимались специально обученные помощники хирургов) и в полевом госпитале оказать им необходимую помощь. Эта система впервые была применена в битве при Лимбурге и зарекомендовала себя наилучшим образом: как отмечалось тогда, раненых солдат их товарищам уже не приходилось собирать на поле боя и тащить на себе до полевых госпиталей.


В дальнейшем Ларрей усовершенствовал предложенную им систему. В состав каждого амбуланса входили врачи-хирурги, конные и пешие санитары; амбуланс располагал малыми двухколесными и большими четырехколесными повозками, специально оборудованными для производства хирургических операций и перевозки раненых.


Авторитет Ларрея среди французских врачей значительно возрос. Оставаясь военным врачом, он одновременно в 1796 г. стал профессором Высшей медицинской школы "Валь де Грасс" ("Val de Grace").


Любимец Наполеона


Одним из важных этапов в жизни и деятельности Ларрея было знакомство с капитаном Наполеоном Бонапартом (быстро ставшим генералом и первым консулом, а затем и императором Наполеоном I). Это знакомство, перешедшее затем в дружеские отношения (Ларрей вскоре стал любимцем Наполеона и многие годы был его личным врачом), началось еще в Тулоне, а затем продолжилось, когда в 1798 году французские войска под руководством Наполеона подготовились к походу в Египет.


Ларрей тоже принял участие в этом походе и вновь проявил себя как искусный врач-хирург и опытный организатор военно-медицинской службы. Так, в 1799 году, в сражении при Абукире, ему пришлось, как отмечали современники, оказать помощь почти двум тысячам раненных, причем много операций (преимущественно ампутаций) были выполнены им на поле битвы под огнем противника. В награду он получил из рук Наполеона "меч чести", на котором впоследствии, по приказу императора, было написано "Абукир и Ларрей" (" Aboukir и Larrey ").


Не довольствуясь выполнением своих основных обязанностей главного хирурга армии, действовавшей в Египте, Ларрей вместе с доктором Дежанетом и другими своими помощниками-медиками организовал госпитали в Александрии, Розетте, Дамиетте, Каире. Кроме того, он исследовал причины чумы и идентефицировал инфекционное заболевание глаз - страшную трахому, от которой тогда страдали многие люди в Египте, в том числе немало солдат наполеоновской армии, даже будущий маршал Даву.


Интересно, что после египетской экспедиции Ларей предложил использовать при лечении переломов заимствованную из народной медицины Египта высыхающую и затвердевающую повязку, причем жидкость, которую он использовал для пропитывания этой повязки (она получила название "повязки Ларрея), содержала яичный белок, камфорный спирт и свинцовый сахар. Правда, повязка эта не получила распространения, так как обладала существенным недостатком - не создавала равномерного кругового давления.


Как военный врач (позднее главный хирург гвардии и главный военно-медицинский инспектор) Ларей участвовал почти во всех походах армии Наполеона - начиная от похода в Египет и кончая походом в Россию: подсчитано, что в составе французской армии он провел 18 лет и участвовал в 20 военных кампаниях, 60 больших сражениях, и 400 столкновениях. был трижды ранен. Он славился как искусный хирург, много и успешно оперировал на поле боя. В одной из своих работ Ларрей упоминал, что за все время наполеоновских войн через его руки. прошли две трети из 900 тысяч французских раненных, то-есть 600 тысяч человек. А ведь среди его пациентов были не только французы, но еще и арабы, турки, русские, немцы, испанцы, англичане и многие другие. Сам Ларрей описывал случай, когда во время похода на Россию, при вступлении в город Витебск, было обнаружено 350 русских, брошенных в одиночестве и грязи, не могущих передвигаться: все они были собраны, одеты, переведены в больницу, где получили помощь такую же, как и французы.


Обобщив свой военно-медицинский опыт, Ларрей в 1803 году защитил в Париже докторскую диссертацию "Об ампутациях конечностей при огнестрельных ранениях их".


Следует подчеркнуть, что руководствуясь этим богатейшим опытом, он внес много принципиально нового в тактику тогдашней военно-полевой хирургии. Так, именно он предложил использовать ранние ампутации (в течение 24 часов) при огнестрельных ранениях конечностей. "Говорят, что ампутация конечности операция жестокая, опасная по своим последствиям,- писал Ларрей,-. но я полагаю, что ампутация бывает часто безусловно необходима, она возвращает жизнь таким больным, которые при других способах лечения наверное погибли бы. Мы имеем полное право сказать к тому же, что в настоящее время шансов на благоприятный исход ампутации несравненно больше". Стоит добавить, что метод ранних ампутаций при огнестрельных ранениях конечностей, позволявший выиграть время и не допустить возникновения грозного осложнения - сепсиса, господствовал в военно-полевой хирургии до середины XIX века, когда на смену ему пришел предложенный Н. И.Пироговым "сберегательный метод лечения".


Ларрей впервые ввел в практику военных хирургов операцию экзартикуляции в тазобедренном и плечевом суставах. Он был сторонником применения в хирургической практике операции трепанации черепа при ранениях в голову. При нередких тогда ранениях грудной клетки он использовал широкую торакотомию и производил резекцию ребер при внутри плевральном кровотечении, а при открытом пневмотораксе накладывал обтурационные повязки.


Что касается лечения ранений, то Ларрей считал рациональным рассекать и дренировать раны: свежие ранения он обычно промывал теплым солевым раствором, а гнойные и гнилостные раны - хлорноватистой жидкостью; в то же время, по его мнению, раны следовало "раздражать" как можно меньше и потому перевязывать редко, 1 раз в 4-9 дней. Обращал он внимание и на послеоперационное лечение раненых, на их психологическое состояние: ему принадлежат крылатые слова: "У победителей раны заживают скорее".


В России


В составе наполеоновской "Великой армии" Ларрей принял участие в походе в Россию, в исторической битве при Бородино. Тогда в этой битве с обеих сторон участвовало около 290 тысяч солдат и офицеров, более 1200 орудий стреляли на поле боя, выпустив за 15 часов до 130 тысяч ядер, гранат и картечных снарядов. В результате французские войска потеряли, по свидетельству Ларрея, 12-13 тысяч, а русские - 20 тысяч раненых: правда, другие участники битвы приводят иные, большие цифры.


Это кровопролитное сражение потребовало от военных медиков огромных усилий. Так, сам Ларрей только за сутки произвел у раненых 200 ампутаций, причем большинство оперированных выжило. Во время этой битвы на протяжении нескольких дней. Ларрей работал практически без остановки Его команду окружали около 300 квадратных метров раненных и погибших. По свидетельствам очевидцев, Ларрей во время Бородинского сражения, как и в других битвах, оперировал быстро, ампутации выполнялись каждые 7 минут, около 200 за 24 часа (правда, вряд ли во время такой работы он смог наложить хотя бы один шов). Он выполни 11 дезартикуляций в плечевом суставе без единого летального исхода. Здесь, в Бородино, он выполнил свою шестую дезартикуляцию тазобедренного сустава. Все это свидетельствует, что он был выдающимся мастером военно-полевой хирургии.


Как только французская армия заняла оставленную русскими Москву, Ларрей познакомился с продолжавшими работать городскими больницами. Вот его впечатления:


"Госпитали, которые привлекли мое особенное внимание, могут служить украшением самой культурной нации в мире. Залы занимают всю длину здания, в них много света, т. к. окна простираются с пола почти до самого потолка. Рамы всюду двойные. печи изразцовые. В залах находится четыре ряда кроватей, отстоящих друг от друга на такое расстояние, какое требует чистота. В каждом ряду находится 50 кроватей. В трех корпусах госпиталя находится всего 14 зал. Общее число кроватей может быть доведено до 3000. Московский военный госпиталь представляет собой красивейшее и обширнейшее здание, которое я когда-либо видел. Гражданские больницы, которые я также осматривал при посещении наших раненых, заслуживают не меньшего внимания. Больших больниц в Москве четыре: Шереметевская, Голицынская, Александровская и при воспитательном доме. Кровати и все предметы содержатся в них в большой чистоте и опрятности".


В больницах занятой французами Москвы разместились французские госпитали, в которых, наряду с французами, лежали и раненые русские солдаты. Ларрей на какое-то время стал даже главным доктором Голицынской больницы, вместе со своими помощниками Дежанетом, Де-ла-Флизом и другими оперировал здесь и французов, и русских: так, он ампутировал ногу у раненого при Бородине артиллерийского офицера А. С.Норова, впоследствии ставшего министром народного просвещения России.


В ходе последовавшего затем поспешного отступления и беспорядочного бегства наполеоновской армии Ларрей старался, насколько это было возможно, облегчить положение раненых солдат. Известно, например, что он приказал отнять коней у кавалерийских офицеров, чтобы хотя бы лошадиным мясом накормить раненых солдат. Обиженные офицеры пожаловались Наполеону, но тот поддержал своего хирурга, наградив его вдобавок баронским титулом.


Бесславный поход в Россию закончился, Ларрей возвратился в Париж и занялся гражданской врачебной практикой. Однако во время "ста дней" он вновь вернулся в армию, под знамена Наполеона, и участвовал в битве при Ватерлоо. Существует легенда, что командовавший тогда английскими войсками герцог Веллингтон, осматривая в подзорную трубу поле битвы, увидел полевой госпиталь и производившего там операции доктора Ларрея и приказал артиллерии прекратить огонь в этом направлении.


Непреложный факт, однако, состоит в том, что при Ватерлоо Ларрей был все-таки ранен и чуть было не погиб. После того, как он был ранен в голову и плечо, прусские солдаты захватили его в плен и приготовились расстрелять. Случайно его узнал молодой прусский офицер, который когда-то познакомился с Ларреем в Берлине. Французского хирурга освободили, отправили к Блюхеру, командующему прусской армии, и тот принял Ларрея как высокого гостя. Как оказалось, двумя годами ранее Ларрей лечил и спас сына Блюхера, когда он попал в плен к французам. В общем, Ларрей был освобожден и смог вернуться домой.


После падения империи


После падения наполеоновской империи Ларрей - барон, командор ордена Почетного легиона, шевалье ордена Железной короны, кавалер креста за Аустерлицкое сражение - за близость к Наполеону был лишен всех своих чинов и полагавшихся ему льгот и привилегий. Но среди медицинской общественности он продолжал пользоваться огромным авторитетом и занимался не только научно-практической, но еще и педагогической, и литературной деятельностью.


В 1812 - 1817 годах выходит 4-томный труд Ларрея "Мемуары о военной хирургии и военных кампаниях" - классическое научное исследование, в котором он обобщил свой колоссальный опыт военно-полевого хирурга. Через несколько лет, в 1820 году, Национальная академия медицины удостоила его своей премии. Еще через несколько лет, в 1828 году, Ларрей стал лауреатом престижной премии Парижской Академии наук. Наконец, в 1830 году он был назначен "хирургом-руководителем" парижского госпиталя Инвалидов. А в 1829 - 1832 годах издается еще одна важная работа Ларрея - "Клиника хирургии" (в 4 томах). В России извлечения из трудов Ларрея печатались в "Военно-медицинском журнале" в 1829 - 1833 годах.


Врачи и хирурги всех стран Европы высоко ценили труды Ларрея. Например, в 1826 году в Англии он был с почетом встречен известным Эстли Купером и другими своими коллегами. Великий русский хирург Н. И.Пирогов в своих "Анналах хирургического отделения клиники императорского университета в Дерпте" (1837; 1839) нередко ссылался на опыт Ларрея, хотя в ряде случаев полемизировал с ним. "В 1838 году я навестил (вместе с доктором Амюсса) старого Ларрея в Париже, - вспоминал Пирогов. -. Он нам. показал свой орден с золотом вышитыми на ленте словами: "Bataille d`Austerlitz" (сражение при Аустерлице).


Ларрея как ученого характеризует стремление к поддержке нового в хирургии. Вот один лишь пример. Когда в 1828 году Парижская медицинская академия обсуждала предложение английского хирурга Генри Хикмена об использовании для наркоза закиси азота, Ларей был единственным, кто поддержал Хикмена и даже предложил себя для проведения эксперимента.


Ларрей был не только выдающимся военно-полевым хирургом: занимался он и гражданской, клинической хирургией. Он описал парастернальную (или диафрагмальную) грыжу, выходящую в средостение через грудино-реберный треугольник (грыжа Ларрея), и этот треугольник, представляющий собой треугольную щель между грудинной и левой реберной частями диафрагмы (треугольник или щель Ларрея). При экссудативных перикардитах он предложил делать пункцию перикарда в углу между VII реберным хрящом и основанием мечевидного отростка (прокол перикарда Ларрея). Известен также симптом появления или усиления боли, который регистрируется при некоторой патологии - переломе тазовых костей, патологических процессах в крестцово-подвздошном сочленении, пояснично-крестцовом радикулите (симптом Ларрея).


Прожив большую, наполненную событиями жизнь, добившись признания и мировой славы, Ларей скончался в 1842 году. Его имя и дела по праву вошли в историю мировой медицины и хирургии.